Домой

Главная

Портфолио

Статьи

Ссылки

Ссылки

Телефон: (066)127-99-80
deutsch translate Перевод текста, переводчики английского, немецкого языков, технический перевод - Бюро переводов в Киеве
english translate

Статьи для переводчиков

Перевод сайтов

Перевод сайтов

Искусство перевода

Автор: Андрей Митин
По материалам сайта: http://www.rusyaz.ru/

Общие принципы

Сначала читаем всю статью по-английски, сдерживая нетерпение и не пытаясь ничего переводить, но делая для себя заметки в трудных местах. Читаем её вместе:

Great to drink at the Gate, yeah

Перед началом работы – одно общее замечание. Может быть, обескураживающее, но категорическое. Если переводчик не понимает более 20% текста – это не переводчик, а ещё студент. Такому человеку переводами заниматься нельзя! Сначала нужно овладеть языком настолько, чтобы без заглядывания в словари понимать 80% переводимого текста. А уже потом можно приступать к переводу как к работе.

Название – половина текста

Только прочитав статью и в целом поняв её смысл, можно попробовать вернуться и перевести название:

«Great to drink at the Gate, yeah».

Анализ текста показывает, что под Gate подразумевается название паба (pub) – английского пивного бара.

«Перевод иностранных названий можно и не делать, – нашёптывает сомнительная мудрость переводчиков-лентяев, – такие названия можно переносить в перевод как есть – островками латиницы в море кириллицы». Казалось бы, гарантированно не получится ничего исказить, да и выглядит такой текст – на первый взгляд – очень умно.

Но вкрапления иностранных слов в плавное течение русского текста неминуемо будут раздражать своей инородностью. Поэтому этот вариант – худший из возможных.

Второй естественный порыв – перевести дословно: Ворота.

Сразу обратите внимание на то, что в английском бывают «ворота» в ед. числе (gate) и «ворота» во мн. числе (gates), тогда как в русском «во?рот» в ед. ч. – это механизм для сверления или воротник. Это первая сложность.

Вторая сложность в том, что если перевести Gate как «ворота», то пропадает вся английскость названия, чего допустить никак нельзя – речь ведь идёт о Великобритании, Лондоне.

Третий вариант: транслитерировать (передать русскими буквами английское произношение): Gate превращается в Гейт. Данный вариант – самый предпочтительный. К тому же именно таким переводом можно «убить двух зайцев»: первое – не искажаются специфические английские реалии, второе – нет инородного (английского) вкрапления в русский текст (поэтому не перенапрягаются глаза, не отвлекается внимание... не страдает национальное самосознание. Кто не согласен с нами, почитайте «Коммерсант», «Компьютерру»... руководство к «Microsoft Office»).

Но и этот приём допустим не всегда. Вспомните: Нью-Йорк, но Собор Парижской Богоматери; Белый Дом, но Пентагон. Поэтому при переводе названий следует подумать о том, какой способ из трёх возможных наиболее предпочтителен. Руководствоваться следует собственным вкусом и объективными традициями. Результат не должен резать глаз, не должен выглядеть в русском тексте кричащим и чужеродным.

Здесь самое время дать волю здоровому скептицизму. А почему мы, собственно, решили, что Gate – это название паба?

В данном случае Gate вполне может быть названием другой неведомой нам реалии или, скажем, вообще синонимом слова pub. Это всё равно что по-русски записать реплику: «Пойду-ка я пропущу стаканчик в "Забегаловке"!»: у читателя неизбежно сложится впечатление, что некто решил пойти в конкретное питейное заведение под названием «Забегаловка».

Следует помнить, что англичане, как правило, не выделяют названия кавычками. Они пишут их с прописной буквы. Особенно в заголовках. (В русской микротипографике тоже есть такое правило для кавычек в заголовках, но знают его единицы, а уж выполняют – наверное, доли десятых... – Примеч. ред.) Переводчик догадывайся как можешь. Английский автор ведь вполне мог в неизвестных нам целях, подчёркивая неведомый нам смысл, написать с прописной буквы имя нарицательное. Обнаружить цель и смысл и донести до читателя должен опять-таки переводчик.

Доверять собственному чутью при переводах вовсе не следует. Следует прочитать и перечитать статью. В данном случае смысл слова Gate проясняется не ранее, чем статья будет дочитана до конца. Более того, к названию следует вернуться, когда сам текст полностью будет вами переведён. При этом в процессе перевода надо помнить о необходимости постоянного хотя бы мысленного возврата к самому началу переводимого текста.

Переходим к следующему слову, которое на первый взгляд кажется простым, как газета «Гудок»: drink – выпить. Если буквально следовать за текстом, дословный перевод получится примерно таким: «Велико есть выпить в Воротах, да!» или «Достойно выпить в Воротах, да!».

Звучит по-идиотски, не правда ли?

На ум просится нечто более русифицированное: «Славно пропустить стаканчик (кружку, кружечку) в пабе "Гейт"!». Правда, конкретных слов «кружка» или «стакан» в английском тексте нет. Нет в нём и понятного каждому русскому слова «пропустить». Но «выпить» прозвучало бы для русского языка слишком веско. Наша задача передать смысл, а не слова. Смысл заключён в целой фразе, а не в отдельных её частях. Любую часть текста надо воспринимать «при свете» всей статьи целиком.

Итак: great – смысл слова логично будет передать лексемой в превосходной степени или русским эквивалентом, выражающим одобрение; drink – смысл вполне можно передать понятной всем и каждому русской фразой, at the Gate – предположительно в пабе с таким названием. Yeah, как вы уже догадались, означает возглас, сопровождающий чувство восторга, победы, предвкушения и т.п. Здесь уже возможны варианты! Кому как нравится – так тот и переводит!

В нашем переводе нет скабрёзности. Если начать варьировать, постепенно отходя от английской фразы, можно, конечно, придумать и что-нибудь вроде: «Стопудово принять на грудь пару банок в пивняке!».

Можно, наведя на читателя скуку, выдать и такое: «Хорошо пить пиво в Г. Да».

И в том и в другом случае идея автора дойдёт до читателя. Вопрос только в том, насколько точно.

В итоге несложное название статьи звучит примерно так: «Славно пропустить кружку в пабе "Гейт" – это да!»

Работа с первыми фразами

Вторично читаем текст и на этот раз начинаем его переводить.

Как мы уже заметили, статья написана лёгким, воздушным стилем. Но мы не будем далее обсуждать стиль, а рассмотрим распространённые ошибки и разберём трудные места.

Начало – самое главное, взятый с самого начала верный тон – половина работы. Именно поэтому больше всего внимания первым, открывающим словам. Первый абзац – один из наиболее важных. Ибо это вступление, сводящее вместе автора и читателя!

Being a good Catholic lad, I avert my gaze whenever I see a silk chemise sliding down the svelte body of a dusky young maiden; choose to ignore the occasional stray, glistening hair which she wouldn’t normally want to be seen as public property; and would never comment on her physiological response to fluctuating ambient temperatures. The rest of the world, however, is not so pure of mind.

Первым делом мы выделили то, что нам при беглом чтении показалось непонятно. Некоторые знакомые, но сомнительные слова, затруднившие чтение, мы тоже выделили. Советуем и вам делать так же.

Соответственно, прежде всего разбираем именно неизвестные слова. При этом опасно полагаться на собственную догадливость, делая выводы из логики текста. Домыслы вместо точного знания рано или поздно приведут к диаметральным искажениям смысла!

Из 68 слов данного абзаца мы не знаем точного значения всего четырёх слов. Как видите, пропорция 20 и 80%, названная нами выше как обязательное условие, выдержана. Это вполне приемлемо для начала работы над переводом. К тому же при внимательном рассмотрении эти слова оказываются дополнительными описаниями базовых понятий. Можно продолжать.

Почти весь абзац уместился в одном – правда, крайне сложном грамматически – предложении. Сначала посмотрим, а не можем ли мы разбить его на несколько значимых частей. Примерно таким образом (хотя каждый может делать это так, как ему удобнее):

Being a good Catholic lad

I avert my gaze whenever I see a silk chemise sliding down the svelte body of a dusky young maiden;

choose to ignore the occasional stray, glistening hair which she wouldn’t normally want to be seen as public property;

and would never comment on her physiological response to fluctuating ambient temperatures.

The rest of the world, however, is not so pure of mind.

В данном случае мы видим, что для понимания наиболее сложен второй текстовый кусочек. В нём три незнакомых нам слова, и он же наиболее длинен.

Ищем эти слова в словаре или в словарях.

При слове «словари» наверняка кто-то привычно потянулся к Мюллеру или НБАРСу. Стоп! Брать значения английских слов из англо-русского словаря – в корне неправильно!

Все значения незнакомых слов надо искать по англо-английскому толковому словарю. Это главный закон. Только так можно распознать внутреннее значение слова, стоящий за ним образ, который воспринимают сами англичане, а не готовый, стандартно-ограниченный вариант перевода на русский.

Например, слово dusky, которое в англо-русском словаре переведено как «тёмный, сумеречный, темноватый» и т.д., не даёт основного значения этого слова, которое у англоговорящего мгновенно ассоциируется с цветом кожи: dark skin, т.е. «смуглый».

Итак:

  • chemise – женская сорочка, платье-рубашка, «шемизетка». Такая специальная терминология как «дорожное покрытие», разумеется, не подойдёт. Хотя как знать, ведь порой предугадать, что имеет в виду товарищ автор, бывает так нелегко!
  • svelte – стройный, гибкий (о женщине); лощёный, непринуждённый, светский, обходительный (о стиле поведения); гладкий, обтекаемый (о форме);
  • dusky – сумеречный, тёмный, темноватый; неясный, смутно различимый; сумрачный, печальный;
  • ambient – внешний (о том, что вокруг); окружающий, омывающий.

Если вы знаете меньше значений слов, чем мы – ничего страшного. Обратитесь к словарям. Словари – лучшие друзья переводчика. Читайте их внимательно И помните, что возможность неправильного понимания и истолкования возрастает в геометрической прогрессии, когда в тексте появляются неизвестные вам слова и выражения. Это происходит потому, что каждое из них имеет несколько значений – особенно в английском языке, одном из самых полисемантичных – и эти значения порой весьма далеки друг от друга.

Приступаем к доскональному изучению этого абзаца. Все ли формы понятны, все ли времена известны, не спотыкаетесь ли вы мысленно на каких-то словах, фразах? Если всё ясно, то можно прочитанное попробовать передать уже на русском языке.

Пробуем.

Being a good Catholic lad... – Будучи хорошим парнем-католиком...

Ну, как вам?

Унылый подстрочник с английского на русский.

Смысл передан? Передан. Отсебятины нет? Нет.

Но всё-таки что-то не то. И это «не то» распадается на несколько частей:

  • Вы часто встречаете в русском языке, тем более в русской периодике, конструкцию «Будучи...»? Мы уверены, что не часто. Поэтому к ней надо отнестись с осторожностью (т.е. её надо иметь в виду, но стараться искать другие варианты).
  • Lad – это, конечно, парень. Но какой? Смотрим в словарь. Это скорее «малый», «молодчага», «рубаха-парень», чем просто «лицо мужского пола, достигшее зрелости, но не состоящее в браке». Имеем и это в виду.
  • С католичеством вообще в мире есть проблемы. Есть нюансы католичества. Их надо знать. Католики бо?льшие пуритане, нежели протестанты. Им запрещены разводы. Они до сих пор косо смотрят на обнажённые женские ножки и плечи. И вообще назвать себя католиком – значит возложить на себя определённые жизненные ограничения. Без чёткого понимания этого нельзя приступать к переводу текста, включающего слово «католик». Именно это слово – ключик к дальнейшему авторскому ёрничанию. А если «католик» к тому же ещё и «хороший» («святее папы римского», как гласит известная поговорка), то вы можете сполна ощутить глубину авторского сарказма.

Таким образом, весь абзац строится на антитезе: я – такой зажатый религиозными ограничениями, а тут – буйство плоти. Казалось бы, переводчику ни к чему так глубоко размышлять над простым текстом; однако без серьёзного анализа невозможно воспроизвести стиль.

Точный перевод начинается как бы наоборот: сначала пытаемся понять не столько смысл, сколько стиль иноязычного автора. Потом переводим содержание в «русские картинки». И при работе постоянно делаем поправку на авторский стиль как очень важную составляющую текста.

Пробуем ещё раз:

Being a good Catholic lad... – Я как есть строгого католического воспитания...

Это ближе по стилю, по смыслу же мы ушли в сторону. Опустив «малого, разбитного, рубаху-парня», опустив «будучи, являясь, быв», опустив «католика», мы заменили всё некоей фразой, в которой остаётся лишь ощущение авторского стиля – ощущение ёрничанья...

Английская проза вообще и журналистика в частности подразумевают применение сложных конструкций с «нанизыванием» многочисленных синонимов и с употреблением «вычурных» синонимов вместо всем известных слов. Это считается средством создания красивого стиля.

Но в русском языке тот же эффект достигается другими средствами.

Поэтому как подход можно предложить «создание основанной на тексте оригинала образной картинки» и передача его средствами, привычными для русского языка. Пример: «silk chemise sliding down the svelte body of a dusky young maiden». Автор хочет вызвать в воображении сексуальную красотку, нечаянным движением оголившую свои соблазнительные формы (svelte body – соблазнительные формы, dusky maiden – смуглая красотка). Таким образом, мы закрепляем в голове этот образ, а затем делаем так, чтобы перед глазами читающего возникла нужная нам картина. Неважно, какими словами мы воспользуемся. Мы можем «забыть» всё – и sliding down, и svelte, и silk chemise – в созданном образе нет акцента на такой подробности как «шёлк», просто в английском это слово звучное, красивое и удачно ложится в размер.

Ещё один важный момент – соблюдение ритма и размера. Эти позиции являются неотъемлемой частью «красивости». Русский текст должен читаться так же легко, как читается английский, – без потери темпа. Ради сохранения этого можно и нужно жертвовать деталями. Главное, чтобы точно передавалась «картинка». Например, dusky young maiden. Здесь мы вполне можем принести в жертву слово «молоденькая». В английском языке оно укладывается в размер и добавляет образности. Но не является носителем ключевой информации. Ключевая информация здесь – «католик на слабый пол не пялится». Остальное – довесок. В результате, опустив слово «молоденькая», мы ничего не теряем, поскольку средствами русского языка мы передадим образность настолько, что у читателя и тени сомнения не возникнет, что католик загляделся именно на молоденькую красотку, а не на матрону предпенсионного возраста. В воображении читателя образ «молоденькой» обязательно будет присутствовать. В тексте перевода – нет. Если написать «стройная талия смуглой красотки», то что возникает у русского читателя в воображении? Уж явно не восьмидесятилетняя старуха.

Fluctuating, ambient – из той же серии необязательных, неключевых слов. Эти слова должны присутствовать в «ментальной картинке», но не в переводе. Ambient – это просто один из звучных вариантов нейтрального выражения «окружающий», призванный придать тексту образность. Сравните «her physiological response to fluctuating ambient temperatures» и «how she sweats when it’s getting hotter in the room». (Кстати, автор добился великолепного результата, «прочёсывая» свой внутренний тезаурус. Высший пилотаж для английского журналиста. Русский переводчик обязан повторить этот пилотаж, имея в распоряжении совсем другие летательные средства.)

Это станет ясно из дальнейшей работы с текстом.

...I avert my gaze whenever I see a silk chemise sliding down the svelte body of a dusky young maiden...

...всегда отвожу глаза от шёлковых блузок, которые так и норовят обнажить гладкие формы молоденьких официанток...

Продолжаем перевод, не забывая, что глаголы в 1 лице ед. ч. по-прежнему относятся к автору, ведущему повествование от первого лица: choose to ignore the occasional stray, glistening hair which she wouldn’t normally want to be seen as public property, – потому что подразумевается I avert, I choose и т.д.

Stray, glistening – это о волосах официантки: лоснящихся, потому что целый день носится как угорелая среди столиков и обслуживает накаченных пивом клиентов, втайне страдая от того, как она плохо выглядит, и боясь того, что её невольная неряшливость станет предметом насмешек (или даже размышлений) мужчин – а кто ещё сидит в барах?

...and would never comment on her physiological response to fluctuating ambient temperatures...

А теперь уже пробуем перевести всю фразу целиком.

Being a good Catholic lad, I avert my gaze whenever I see a silk chemise sliding down the svelte body of a dusky young maiden; choose to ignore the occasional stray, glistening hair which she wouldn’t normally want to be seen as public property; and would never comment on her physiological response to fluctuating ambient temperatures. The rest of the world, however, is not so pure of mind.

Как добропорядочный католик, я всегда отвожу глаза при виде прелестей смуглой красотки, обнажённых случайно ниспавшей с её плеча блузкой, оставляю незамеченными невзначай представленные на всеобщее обозрение лоснящиеся волоски её интимных мест и никогда не позволю себе сальностей на предмет её естественной реакции на духоту в помещении. Увы, таких, как я, блюстителей нравственности, – единицы.

Если перечитать теперь оригинал, наверняка окажется, что далеко не всё переведено нами так, как после нашего подробного разбора уже видится вам.

Что ж – пробуйте по-другому!

А мы едем дальше.

«Непереводимая игра слов»?

And so it was revealed when a few weeks ago I bumped into two readers, Tim German and Andrew Dyer, who are both recent graduates in testosterone studies from the University Of Hull. ’Why don’t you do a piece one week on pulling joints?’ asked Tim. Pulling? ’Yeah, you know, places to score. Scoring as in... Yes, I know what scoring is, I wasn’t brought up by John bleedin’ Motson, you know.

В принципе, все слова сами по себе нам ясны, но что касается их соединения – здесь есть над чем подумать. Если вы не знаете даже основных значений – смотрите в словарь. А вот что и нам неизвестно – так это загадочный John bleedin’ Motson.

Немного неясен и пассаж о Гулльском университете. Чувствуется лёгкая (умышленная или нет?) ирония в упоминании об изучении тестостерона (это не что иное как мужской половой гормон). Связана ли эта ирония с самим университетом, который на поверку может оказаться каким-нибудь женским колледжем или в котором вообще никогда не было курсов по изучению мужских гормонов – пока не ясно.

Есть сомнения и по части pulling joints. То ли это «перекрёстки дорог», то ли «косяки с марихуаной», то ли ещё что.

Начинаем рассуждать.

Фраза so it was revealed – двойственна. С одной стороны, глагол «открывает» – не только последующую информацию, но и предыдущий абзац. С другой стороны – он ещё и «разоблачает». Запомним это.

Bump into – это выражение вообще касается автомашин, когда они друг дружке бамперы (вот откуда bump взялось!) при столкновении портят. Относительно людей можно сказать так: незапланированная встреча на улице, нос к носу.

Recent graduates – несложно: «недавние выпускники». Сложно другое: как узнать, где находится «Университет of Hull» и обычное ли это заведение? Ведь если наши догадки верны и автор иронизирует над очевидными сведениями об университете, то мы рискуем пропустить (и не отразить в переводе) отличную остроту.

В таких случаях (как мы уже указывали выше) перед переводчиками встаёт дилемма. Узнавать – не узнавать? Положиться на интуицию или выяснить все подробности?

Разумеется, всегда лучше узнавать. Чем дотошнее вы выпытаете подробности о любом предмете, тем полнее вы овладеете материалом и тем легче вам будет переводить.

При поиске информации незаменимый инструмент – интернет. Ни у кого нет и не может быть под рукой знаний, собранных во всевозможных справочниках, словарях и энциклопедиях, во всей полноте. Между тем уже сейчас немалая часть этого богатства переведена в интернет и в нём постоянно дополняется и подновляется.

Вспомогательный поиск сведений для перевода проводится очень просто: название, имя, тема, о которых вы хотите узнать больше, переносятся в поисковую строку любой поисковой системы (для русских текстов – Yandex, Aport или Rambler, для английских – Yahoo или Altavista). Первые страницы выданных результатов бегло просмотрите – как и при всяком поиске в глобальной сети. В 90% случаев этот метод продуктивно работает. Примеры, иллюстрирующие незаменимость интернета, в изобилии рассыпаны ниже по тексту. Нигде более вы подобной информации не обнаружите, затратив минимум времени и усилий.

Итак, Гулльский университет. Смотрим и сразу натыкаемся на следующие факты: во-первых, университет находится не в Лондоне, а в Йорке (т.е. автор общался с провинциалами), во-вторых, студенты в этом университете учатся весёлые, потому что одна из базовых страниц университетского сайта посвящена crawl, что на сленге английских студентов означает «бродить по пабам, целенаправленно их обходить». Не верите, посмотрите сами: схемы проходов к пабам, новости о пабах, улицы, где есть пабы, и прочая и прочая... То есть господа из Йорка, досконально изучившие тестостерон в Гулльском университете, не понаслышке представляют себе, что такое «обход пабов» и, главное, чего следует ждать от статьи на эту глобальную тему.

Автор также указывает на то, что они – «читатели», то есть он их мог и не знать, зато они его наверняка знают, раз поймали на улице и рассказали ему про идею, которая в их университете давным-давно реализована и пользуется популярностью.

Pulling joints – словосочетание из разряда тех, которые ещё не попали в словари (мы честно искали и не встретили). Многозначное слово pull в принципе обозначает «соединение», «стягивание чего-либо с чем-либо или к чему-либо». Joint – это как раз «сгусток», «переплетение», «пересечение» (тоже со множеством значений). Таким образом, можно сделать вывод, что речь идёт о «злачном месте», о «точке, куда людей притягивает, тянет». Понимая, что речь идёт о пабах, делаем вывод, что pulling joints – это и есть сленговое выражение для пивных.

John bleedin’ Motson – снова окунаемся в интернет, потому что по словарям не удастся найти ни подходящего по смыслу просто Джона, ни кровоточащего Мотсона. И что же? Нам сразу улыбнулась удача. Оказывается, John Motson – это один из известнейших английских футбольных комментаторов, по кличке «Мотти». Славен он стал ещё в приснопамятные 70-е, когда без его участия не обходился ни один мало-мальски важный чемпионат, и славен именно страстностью своих комментариев. Вот цитата с одного футбольного сайта:

«One of the sport’s true enthusiasts, Motty has a vast knowledge of the game and is rated by many as the best in the business at the tough task of player identification».

Отсюда и bleedin’ – ведь когда проигрывает любимая команда, душа «кровоточит».

Теперь становится понятной и фраза о scoring: кто как не футбольный комментатор лучше всех разбирается в голах, очках и турнирных таблицах (ранжировании по степени лучший-средний-худший)...

Но не будем забегать вперёд. Мы сумели выудить из данного абзаца возможно большее количество background information. Можно делать кое-какие выводы. Если вам не ясно ещё что-то, то пробуйте теми же методами найти информацию самостоятельно.


Страницы: 1 | 2 | >>

http://ukrhotels.net/

http://ukrhotels.net/


Наши партнеры


  • Киевское бюро

  • Предложение для переводчков


    Если Вы уверены в своих силах, предлагаем Вам пополнить ряды наших переводчиков. Для этого необходимо написать письмо с предложением о сотрудничестве в наше агентство переводов. Вас ждет интересная работа по переводу текстов на разные тематики.



  • Home   |   Portfolio  |   Links